Об'ява

Згорнути
Поки що немає повідомлень.

Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

Згорнути
X
Згорнути
  • Фільтр
  • Время
  • Показати
Очистити все
нові повідомлення

  • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

    ВОЛЫНСКАЯ РЕЗНЯ. 1943 ГОД. 45 ФОТОГРАФИЙ, КОТОРЫЕ ШОКИРОВАЛИ ВЕСЬ МИР

    Волынская резня (польск. Rzez wolynska) (Волынская трагедия укр. Волинська трагедія, польск. Tragedia Wolynia) — этнополитический конфликт, сопровождавшийся массовым уничтожением (бандеровцами) Украинской повстанческой армией-ОУН(б) этнического польского гражданского населения и гражданских лиц других национальностей, включая украинцев, на территориях округа Волынь-Подолье (нем. Generalbezirk Wolhynien-Podolien), до сентября 1939 находившихся под управлением Польши, начатым в марте 1943 года и достигшем пика в июле того же года.

    Весной 1943 года на Волыни, оккупированной немецкими войсками, начались масштабные этнические чистки. Эту преступную акцию проводили не нацисты, а боевики Организации украинских националистов, стремившиеся «очистить» территорию Волыни от польского населения. Украинские националисты окружали польские села и колонии, а затем приступали к убийствам. Убивали всех — женщин, стариков, детей, грудных младенцев. Жертв расстреливали, избивали дубинами, рубили топорами. Потом трупы уничтоженных поляков хоронили где-нибудь в поле, грабили их имущество, поджигали напоследок дома. На месте польских сел оставались лишь обгоревшие развалины.

    Уничтожали и тех поляков, которые жили в одних селах с украинцами. Это было даже легче — не было нужды собирать большие отряды. Группы оуновцев по нескольку человек проходили по спящему селу, заходили в дома поляков и убивали всех. А потом местные жители хоронили убитых односельчан «неправильной» национальности.

    Так было убито несколько десятков тысяч человек, вся вина которых состояла лишь в том, что они родились не украинцами и жили на украинской земле.

    Организация украинских националистов (бандеровское движение) /ОУН(б), ОУН-Б/, или революционная /ОУН(р), ОУН-Р/, а также (кратковременно в 1943) самостийно-державная /ОУН(сд), ОУН-СД/ (укр. Організація українських націоналістів (бандерівський рух)) — одна из фракций Организации украинских националистов.В настоящее время (с 1992 года) преемником ОУН(б) называет себя Конгресс украинских националистов.

    В ходе проведённого в Польше исследования «Карта» было установлено, что в результате действий УПА-ОУН(Б) и СБ ОУН(б), в которых принимала участие часть местного украинского населения и порой отряды украинских националистов других течений, число погибших на Волыни поляков составило не менее 36 543 — 36 750 человек, у которых были установлены имена и места гибели. Кроме того, тем же исследованием было насчитано от 13 500 до более чем 23 000 поляков, обстоятельства гибели которых не выяснены.

    Ряд исследователей говорит о том, что жертвами резни стало, вероятно, около 50-60 тысяч поляков, в ходе дискуссии о числе жертв с польской стороны давались оценки от 30 до 80 тысяч.

    Эти массовые убийства были настоящей резней. Представление о ее кошмарной жестокости волынского геноцида дает фрагмент из книги известного историка Тимоти Снайдера:

    «Первое издание газеты УПА, вышедшее в свет в июле, обещало «позорную смерть» все полякам, оставшимся на Украине. УПА была в состоянии осуществить свои угрозы. В течение приблизительно двенадцати часов, с вечера 11 июля 1943 г. до утра 12 июля, УПА совершила нападения на 176 населенных пунктов…. В течение 1943 г. подразделения УПА и специальные отряды Службы безопасности ОУН убивали поляков как в индивидуальном порядке, так и коллективно в польских поселениях и деревнях, а также тех поляков, которые жили в украинских деревнях. Согласно многочисленным, подтверждающим друг друга сообщениям, украинские националисты и их союзники сжигали дома, стреляли или загоняли внутрь тех, кто пытался бежать, а тех, кого удавалось поймать на улице, убивали серпами и вилами. Костелы, набитые прихожанами, сжигались дотла. Чтобы запугать оставшихся в живых поляков и вынудить их к бегству, бандиты выставляли обезглавленные, распятые, расчлененные или выпотрошенные тела».

    Даже немцы поражались их садизму – выкалывание глаз, вспарывание животов и зверские пытки перед смертью были обычным делом. Убивали всех – женщин, детей…

    Геноцид начался в городах. Мужчин "неправильной" национальности сразу забирали в тюрьмы, где позже расстреливали.

    а над женщинами насилие происходило прямо среди бела дня на потеху публике. Среди бандеровцев было много желающих встать "в очередь"/попринимать активное участие...








    Ей повезло. бандеровцы заставляют идти на коленях с поднятыми руками.



    Позже бандеровцы вошли "во вкус".

    9 февраля 1943 г. бандеровцы из банды Петра Нетовича под видом советских партизан вошли в польское село Паросле близ Владимирца Ровенской области. Крестьяне, ранее оказывавшие партизанам помощь, радушно встретили гостей. Вдоволь наугощавшись, бандиты начали насиловать женщин и девушек.


    Перед убийством им обрезали груди, носы и уши.

    Мужчин перед смертью лишали половых органов. Добивали ударами топора по голове.

    Двум подросткам, братьям Горшкевичам, пытавшимся позвать на помощь настоящих партизан, разрезали животы, отрубили ноги и руки, обильно засыпали раны солью, оставив полуживых умирать в поле. Всего в этом селе было зверски замучено 173 человека, в том числе 43 ребенка.

    Когда на второй день в село вошли партизаны, они увидели в домах сельчан груды обезображенных тел, лежавших в лужах крови. В одном из домов на столе среди объедков и недопитых бутылок самогона лежал мертвый годовалый ребенок, голое тельце которого было прибито к доскам стола штыком. В рот ему изверги засунули недоеденный квашеный огурец.

    ЛИПНИКИ (LIPNIKI), уезд Костопол, воеводство луцкое. 26 марта 1943. Житель колонии Липники — Якуб Варумзер без головы, результат резни, совершённой под покровом ночи террористами

    ОУН-УПА (OUN-UPA). В результате этой резни в Липниках погибли 179 польских жителей, а также поляков из окрестностей, ищущих там укрытие. Это были преимущественно женщины, старики и дети (51 — в возрасте от 1 до 14 лет), 4 укрываемых еврея и 1 русская. Было ранено 22 человека. Идентифицированы по имени и фамилии 121 польская жертва — жители Липник, которые были известны автору. Также лишились жизни трое агрессоров.

    ПОДЯРКОВ, уезд Бобрка, воеводство львовское. 16 августа 1943. Результаты пыток, причинённых матери Клещинской, из польской семьи из четырёх человек.

    Из села Волковыя в одну из ночей бандеровцы привели в лес целую семью. Долго издевались над несчастными людьми. Затем, увидев, что жена главы семьи беременна, разрезали ей живот, вырвали из него плод, а вместо него затолкали живого кролика. В одну из ночей бандиты ворвались в украинское село Лозовую. В течение 1,5 часа убили свыше 100 мирных крестьян. В хату Насти Дягун ворвался бандит с топором в руках и зарубил трех ее сыновей. Самому маленькому, четырехлетнему Владику, отрубил руки и ноги.

    Одна из двух семей Клещинских в Подяркове замучена ОУН-УПА 16 августа 1943 года. На фото семья из четырёх человек — супруги и двое детей. Жертвам выковыряли глаза, наносили удары по голове, прижигали ладони, пробовали отрубать верхние и нижние конечности, а также кисти, нанесены колотые раны на всём теле и т. п.

    Девочку в центре, Стасю Стефаняк убили из-за отца-поляка. Её мать Марию Боярчук, украинку, в ту ночь убили тоже. Из-за мужа..Смешанные семьи вызывали особую ненависть резунов. В селе Залесье Коропецкое (Тернопольская обл.) 7 февраля 1944 г. был еще более жуткий случай. Банда УПА напала на деревню с целью резни польского населения. Около 60 человек, в основном, женщины и дети, были согнаны в сарай, где их сожгли заживо. Один из погибших в тот день был из смешанной семьи — наполовину поляк, наполовину украинец. Бандеровцы поставили ему условие – он должен убить свою мать-польку, тогда его оставят в живых. Тот отказался и был убит вместе с матерью.

    ТАРНОПОЛ воеводство тарнополское, 1943. Одно (!) из деревьев просёлочной дороги, перед которым террористы ОУН-УПА (OUN-UPA) повесили транспарант с надписью в переводе на польский: "Дорога к независимой Украине". А на каждом дереве по обе стороны дороги палачи создавали из польских детей так называемые "венки".


    "Старых душили, а детей маленьких до одного года за ножки - раз, ударил головкой об дверь – и готово, и на воз. Мы жалели своих мужчин, что они крепко намучаются за ночь, но за день отоспятся и на следующую ночь - в другое село. Были люди, которые прятались. Если мужчина прятался, принимались за женщин..."

    (из допроса бандеровки)

    Подготовленные "венки"

    А вот польская семья Шайер, мать и двое детей, вырезана у себя в доме во Владинополе в 1943 г.

    ЛИПНИКИ (LIPNIKI), уезд Костопол, воеводство луцкое. 26 марта 1943. На переднем плане дети - Януш Белавски, 3 года, сын Адели; Роман Белавски, 5 лет, сын Чеславы, а также Ядвига Белавска, 18 лет и другие. Эти перечисленные польские жертвы - результат резни, совершённой ОУН - УПА

    ЛИПНИКИ (LIPNIKI), уезд Костопол, воеводство луцкое. 26 марта 1943. Свезённые на идентификацию и похороны трупы поляков - жертв резни, совершённой ОУН - УПА. За забором стоит Йержи Скулски, который спас жизнь благодаря имеющемуся огнестрельному оружию.

    ПОЛОВЦЕ, область, уезд Чортков, воеводство тарнопольское, лес, называемый Росохач. 16 - 17 января 1944 года. Место, из которого вытащено 26 жертв - польских жителей села Половце, - уведённых УПА в ночь с 16 на 17 января 1944 года и замученных в лесу.

    "..В Новоселках Ривненской области была одна комсомолка Мотря. Мы ее забрали на Верховку к старому Жабскому и давай доставать у живой сердце. Старый Саливон в одной руке держал часы, а в другой сердце, чтобы проверить, сколько еще будет биться сердце в руке. И когда пришли русские, то сыновья хотели поставить ему памятник, дескать, боролся за Украину"

    (из допроса бандеровки)

    Белжец, область, уезд Рава Руска, воеводство львовское 16 июня 1944 года. Видно распоротый живот и внутренности, а также висящую на коже кисть - результат попытки её отрубить. Дело ОУН -УПА.

    Белжец, область, уезд Рава Руска, воеводство львовское 16 июня 1944 года.

    Белжец, область, уезд Рава Руска, воеводство львовское 16 июня 1944 года. Место казни в лесу.

    ЛИПНИКИ, уезд Костопол, воеводство луцкое. 26 марта 1943. Вид перед похоронами. Свезённые к Народному Дому польские жертвы ночной резни, совершённой ОУН — УПА.

    В Польше очень хорошо помнят Волынскую резню.

    Это скан страниц книги. Перечень способов, при помощи которых украинские нацисты расправлялись с мирным населением :

    • Вбивание большого и толстого гвоздя в череп головы.

    • Сдирание с головы волос с кожей (скальпирование).

    • Вырезание на лбу «орла» (орёл – это герб Польши).

    • Выбивание глаз.

    • Обрезание носа, ушей, губ, языка.

    • Прокалывание детей и взрослых колами насквозь.

    • Пробивание заострённой толстой проволокой насквозь от уха до уха.

    • Разрезание горла и вытягивание через отверстие языка наружу.

    • Выбивание зубов и ломание челюсти.

    • Разрывание рта от уха до уха.

    • Затыкание ртов паклей при транспортировке ещё живых жертв.

    • Сворачивание головы назад.

    • Размозжение головы, вкладывая в тиски и затягивая винт.

    • Резание и стягивание узких полосок кожи со спины или лица.

    • Ломание костей (рёбер, рук, ног).

    • Отрезание женщинам груди и посыпание ран солью.

    • Отрезание серпом гениталий жертвам мужского пола.

    • Пробивание живота беременной женщине штыком.

    • Разрезание живота и вытаскивание наружу кишок у взрослых и детей.

    • Разрезание живота женщине с беременностью на большом сроке и вкладывание вместо вынутого плода, например, живого кота и зашивание живота.

    • Разрезание живота и вливание вовнутрь кипятка.

    • Разрезание живота и вкладывание вовнутрь его камней, а также бросание в реку.

    • Разрезание беременным женщинам живота и высыпание вовнутрь битого стекла.

    • Вырывание жил от паха до стоп.

    • Вкладывание в вагину раскалённого железа.

    • Вставление в вагину сосновых шишек вперёд стороной верхушки.

    • Вставление в вагину заострённого кола и пропихивание его до горла, навылет.

    • Разрезание женщинам передней части туловища садовым ножом от вагины до шеи и оставление внутренностей снаружи.

    • Вешание жертв за внутренности.

    • Вкладывание в вагину или анальное отверстие стеклянной бутылки и её разбивание.

    • Разрезание живота и высыпание вовнутрь кормовой муки для голодных свиней, которые этот корм вырывали вместе с кишками и другими внутренностями.

    • Отрубание/отрезание ножом/отпиливание рук или ног (либо пальцев на руках и ногах).

    • Прижигание внутренней стороны ладони на горячей плите угольной кухни.

    • Перепиливание туловища пилой.

    • Посыпание связанных ног раскалённым углём.

    • Прибивание гвоздями рук к столу, а стоп к полу.

    • Разрубание топором целого туловища на части.

    • Прибивание ножом к столу языка маленького ребёнка, который позже висел на нём.

    • Разрезание ребёнка ножом на куски.

    • Прибивание маленького ребёнка штыком к столу.

    • Вешание ребёнка мужского пола за гениталии на дверной ручке.

    • Выбивание суставов ног и рук ребёнка.

    • Бросание ребёнка в пламя огня горящего здания.

    • Разбивание головки младенца, взяв его за ножки и ударив о стену или печь.

    • Посадка ребёнка на кол.

    • Подвешивание на дереве женщины вверх ногами и издевательство над ней – отрезание груди и языка, рассечение живота, выкалывание глаз, а также отрезание ножами кусков тела.

    • Прибивание маленького ребёнка гвоздями к двери.

    • Вешание на дереве ногами вверх и опаливание головы снизу огнём зажжённого под головой костра.

    • Утапливание детей и взрослых в колодце и забрасывание жертвы камнями.

    • Вбивание кола в живот.

    • Привязывание человека к дереву и стрельба в него как по мишени.

    • Волочение по улице тела при помощи верёвки, затянутой на шее.

    • Привязывание ног и рук женщины к двум деревьям, и разрезание живота от промежности до груди.

    • Волочение по земле матери с тремя детьми, связанных друг с другом.

    • Стягивание колючей проволокой одной или нескольких жертв, каждые несколько часов поливание жертвы холодной водой с целью прихода в себя и ощущения боли.

    • Закапывание в землю живьём по шею и срезание позже головы косой.

    • Разрывание туловища пополам при помощи лошадей.

    • Разрывание туловища пополам привязыванием жертвы к двум пригнутым деревьям и в последующем их освобождением.

    • Поджигание жертвы, облитой керосином.

    • Обкладывание вокруг жертвы снопами соломы и их поджигание (факел Нерона).

    • Насаживание младенца на вилы и выбрасывание его в пламя костра.

    • Вешание на колючей проволоке.

    • Сдирание с тела кожи и заливание раны чернилами или кипящей водой.

    • Прибивание рук к порогу жилища.







    Чтобы помнили...

    Это кости собранные с одной (!) из братской могил для эксгумации в 1992 году.

    Памятник в Польше на котором написано:

    "ЕСЛИ Я ЗАБУДУ О НИХ, ТЫ БОЖЕ НА НЕБЕ, ЗАБУДЬ ПРО МЕНЯ"
    Справедливое мироустройство - просвещённая анархия!
    Рекомендую "И не осталось никого"Рассел,"Билет на планету Транай"Шекли,"Час Быка" Ефремов,"Реликт"Головачёв

    Комментар


    • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

      РАПОРТ ПОЛЬСКОЙ АКУШЕРКИ ИЗ ОСВЕНЦИМА

      Это надо знать и передавать поколениям, чтобы такого больше никогда не происходило.


      Станислава Лещинска, акушерка из Польши, в течение двух лет до 26 января 1945 года оставалась в лагере Освенцим и лишь в 1965 году написала этот рапорт.

      «Из тридцати пяти лет работы акушеркой два года я провела как узница женского концентрационного лагеря Освенцим-Бжезинка, продолжая выполнять свой профессиональный долг. Среди огромного количества женщин, доставлявшихся туда, было много беременных.

      Функции акушерки я выполняла там поочередно в трех бараках, которые были построены из досок со множеством щелей, прогрызенных крысами. Внутри барака с обеих сторон возвышались трехэтажные койки. На каждой из них должны были поместиться три или четыре женщины — на грязных соломенных матрасах. Было жестко, потому что солома давно стерлась в пыль, и больные женщины лежали почти на голых досках, к тому же не гладких, а с сучками, натиравшими тело и кости.

      Посередине, вдоль барака, тянулась печь, построенная из кирпича, с топками по краям. Она была единственным местом для принятия родов, так как другого сооружения для этой цели не было. Топили печь лишь несколько раз в году. Поэтому донимал холод, мучительный, пронизывающий, особенно зимой, когда с крыши свисали длинные сосульки.

      О необходимой для роженицы и ребенка воде я должна была заботиться сама, но для того чтобы принести одно ведро воды, надо было потратить не меньше двадцати минут.

      В этих условиях судьба рожениц была плачевной, а роль акушерки — необычайно трудной: никаких асептических средств, никаких перевязочных материалов. Сначала я была предоставлена самой себе: в случаях осложнений, требующих вмешательства врача-специалиста, например, при отделении плаценты вручную, я должна была действовать сама. Немецкие лагерные врачи — Роде, Кениг и Менгеле — не могли «запятнать» своего призвания врача, оказывая помощь представителям другой национальности, поэтому взывать к их помощи я не имела права.

      Позже я несколько раз пользовалась помощью польской женщины-врача Ирены Конечной, работавшей в соседнем отделении. А когда я сама заболела сыпным тифом, большую помощь мне оказала врач Ирена Бялувна, заботливо ухаживавшая за мной и за моими больными.

      О работе врачей в Освенциме не буду упоминать, так как то, что я наблюдала, превышает мои возможности выразить словами величие призвания врача и героически выполненного долга. Подвиг врачей и их самоотверженность запечатлелись в сердцах тех, кто никогда уже об этом не сможет рассказать, потому что они приняли мученическую смерть в неволе. Врач в Освенциме боролся за жизнь приговоренных к смерти, отдавая свою собственную жизнь. Он имел в своем распоряжении лишь несколько пачек аспирина и огромное сердце. Там врач работал не ради славы, чести или удовлетворения профессиональных амбиций. Для него существовал только долг врача — спасать жизнь в любой ситуации.

      Количество принятых мной родов превышало 3000. Несмотря на невыносимую грязь, червей, крыс, инфекционные болезни, отсутствие воды и другие ужасы, которые невозможно передать, там происходило что-то необыкновенное.

      Однажды эсэсовский врач приказал мне составить отчет о заражениях в процессе родов и смертельных исходах среди матерей и новорожденных детей. Я ответила, что не имела ни одного смертельного исхода ни среди матерей, ни среди детей. Врач посмотрел на меня с недоверием. Сказал, что даже усовершенствованные клиники немецких университетов не могут похвастаться таким успехом. В его глазах я прочитала гнев и зависть. Возможно, до предела истощенные организмы были слишком бесполезной пищей для бактерий.

      Женщина, готовящаяся к родам, вынуждена была долгое время отказывать себе в пайке хлеба, за который могла достать себе простыню. Эту простыню она разрывала на лоскуты, которые могли служить пеленками для малыша.

      Стирка пеленок вызывала много трудностей, особенно из-за строгого запрета покидать барак, а также невозможности свободно делать что-либо внутри него. Выстиранные пеленки роженицы сушили на собственном теле.

      До мая 1943 года все дети, родившиеся в освенцимском лагере, зверским способом умерщвлялись: их топили в бочонке. Это делали медсестры Клара и Пфани. Первая была акушеркой по профессии и попала в лагерь за детоубийство. Поэтому она была лишена права работать по специальности. Ей было поручено делать то, для чего она была более пригодна. Также ей была доверена руководящая должность старосты барака. Для помощи к ней была приставлена немецкая уличная девка Пфани. После каждых родов из комнаты этих женщин до рожениц доносилось громкое бульканье и плеск воды. Вскоре после этого роженица могла увидеть тело своего ребенка, выброшенное из барака и разрываемое крысами.

      В мае 1943 года положение некоторых детей изменилось. Голубоглазых и светловолосых детей отнимали у матерей и отправляли в Германию с целью денационализации. Пронзительный плач матерей провожал увозимых малышей. Пока ребенок оставался с матерью, само материнство было лучом надежды. Разлука была страшной.

      Еврейских детей продолжали топить с беспощадной жестокостью. Не было речи о том, чтобы спрятать еврейского ребенка или скрыть его среди не еврейских детей. Клара и Пфани попеременно внимательно следили за еврейскими женщинами во время родов. Рожденного ребенка татуировали номером матери, топили в бочонке и выбрасывали из барака.

      Судьба остальных детей была еще хуже: они умирали медленной голодной смертью. Их кожа становилась тонкой, словно пергаментной, сквозь нее просвечивали сухожилия, кровеносные сосуды и кости. Дольше всех держались за жизнь советские дети — из Советского Союза было около 50% узниц.

      Среди многих пережитых там трагедий особенно живо запомнилась мне история женщины из Вильно, отправленной в Освенцим за помощь партизанам. Сразу после того, как она родила ребенка, кто-то из охраны выкрикнул ее номер (заключенных в лагере вызывали по номерам). Я пошла, чтобы объяснить ее ситуацию, но это не помогало, а только вызвало гнев. Я поняла, что ее вызывают в крематорий. Она завернула ребенка в грязную бумагу и прижала к груди... Ее губы беззвучно шевелились, — видимо, она хотела спеть малышу песенку, как это иногда делали матери, напевая своим младенцам колыбельные, чтобы утешить их в мучительный холод и голод и смягчить их горькую долю.

      Но у этой женщины не было сил... она не могла издать ни звука — только крупные слезы текли из-под век, стекали по ее необыкновенно бледным щекам, падая на головку маленького приговоренного. Что было более трагичным, трудно сказать, — переживание смерти младенца, гибнущего на глазах матери, или смерть матери, в сознании которой остается ее живой ребенок, брошенный на произвол судьбы.

      Среди этих кошмарных воспоминаний в моем сознании мелькает одна мысль, один лейтмотив. Все дети родились живыми. Их целью была жизнь! Пережило лагерь едва ли тридцать из них. Несколько сотен детей были вывезены в Германию для денационализации, свыше 1500 были утоплены Кларой и Пфани, более 1000 детей умерли от голода и холода (эти приблизительные данные не включают период до конца апреля 1943 года).

      У меня до сих пор не было возможности передать Службе Здоровья свой акушерский рапорт из Освенцима. Передаю его сейчас во имя тех, которые не могут ничего сказать миру о зле, причиненном им, во имя матери и ребенка.

      Если в моем Отечестве, несмотря на печальный опыт войны, могут возникнуть тенденции, направленные против жизни, то я надеюсь на голос всех акушеров, всех настоящих матерей и отцов, всех порядочных граждан в защиту жизни и прав ребенка.

      В концентрационном лагере все дети — вопреки ожиданиям — рождались живыми, красивыми, пухленькими. Природа, противостоящая ненависти, сражалась за свои права упорно, находя неведомые жизненные резервы. Природа является учителем акушера. Он вместе с природой борется за жизнь и вместе с ней провозглашает прекраснейшую вещь на свете — улыбку ребенка".



      Памятник Станиславе Лещинске в Церкви Святой Анны около Варшавы.
      Справедливое мироустройство - просвещённая анархия!
      Рекомендую "И не осталось никого"Рассел,"Билет на планету Транай"Шекли,"Час Быка" Ефремов,"Реликт"Головачёв

      Комментар


      • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

        Три підводні камені Волинської трагедії

        Фото: УНІАН
        Відкриваючи меморіал у Сагрині, українці почали диктувати «порядок денний» у волинському питанні
        У дискусіях про «Волинь-43» українці об’єктивно займали програшну позицію, не встигаючи реагувати на факти чи просто звинувачення, які щедро лилися з польського боку. І коли у 2016 році польський Сейм ухвалив постанову про відзначання 11 липня як дня пам’яті про Волинську трагедію, то здавалося, що таким чином закріпив одностороннє трактування тих подій. На цьому тлі несподіваним і водночас сильним став жест української сторони, коли 8 липня 2018 року Петро Порошенко відкрив у Сагрині пам’ятник українцям, які загинули від рук Армії Крайової та Батальйонів Хлопських.


        Події в Сагрині відбулися в березні 1944-го, і, здавалося, резону відкривати меморіал саме зараз немає. Та прив’язавши відкриття меморіалу до 75-ї річниці Волинської трагедії, українська сторона недвозначно показала своє прагнення вести мову про «Волинь-43» у ширшому контексті, виходячи за межі території Волині та розширюючи часові рамки.



        Українці як кати чи як жертви?


        Уявлення про українців як катів, що організували «волинську різанину», набуло такого стійкого значення, що дало поштовх, на перший погляд, цілком невинним ініціативам. Так, ті, хто шукав у цих подіях бодай якісь світлі сторони, почали складати списки «праведників» — осіб, котрі рятували переслідуваних, а історії про «добрих українців» представлені в книжковому форматі на полицях книгарень. Такі заходи не лише утверджують міф про односторонню трагедію поляків на Волині, а й часто суперечать історичній дійсності та доступним і цілком відомим фактам.
        Навіть побіжний перегляд тогочасних документів дає уявлення про масштаби трагедії українців. Так, ще до липневих подій 1943-го в повідомленнях за травень — червень радянські партизани інформували ЦК КП(б)У, що польська поліція спільно з німцями в Людвипольському районі на Рівненщині знищила майже чверть українців включно з жінками та дітьми.

        Та крім червоної партизанки це підтверджував і польський представник, який наприкінці року у звіті до еміграційного лондонського уряду не лише згадав про вбивства поляків, кількість жертв яких обраховував у 15 тис., а й зауважив: «Величезних втрат було завдано також українській людності».


        Мине небагато часу, і вже на початку 1944-го польські джерела конкретизують: «Те, що зараз діється в сільській місцевості, нічим не відрізняється від звірячості, яку ще донедавна виявляли українські банди у своєму ставленні до поляків. Польські партизанські загони організовують напади на українські села, виганяють із них українців, відбирають інвентар, а селища цілком спалюють. Тих українців, які не встигли втекти, застрелюють на місці, не роблячи винятку, здається, навіть для жінок та дітей».


        Потік біженців із Волині був однією з причин перенесення конфлікту в нові регіони. Зокрема, спалах насильства охопив сусідню Холмщину. У документі православних інституцій за 15 травня 1944 року перераховано та вказано дати знищених поляками за рік: лише в Грубешівському повіті 52 українських села й близько 4 тис. замордованих селян. Загальна кількість українських жертв до червня 1944-го тут сягне 15 тис. населення із 150 сіл.


        Загалом питання кількості жертв буде одним із найконтроверсійніших. Ще далекого 1989-го польський інтелектуал Тадеуш Ольшанський (під псевдонімом Ян Лукашов) у паризьких «Зошитах історичних» наведе приклад волинського села Кисилин, де, за свідченнями авторитетного дослідника, було знищено 5 тис. поляків. Інший вказував, що жертв могло бути лише кілька десятків, а сам Лукашов зверне увагу, що до війни в селі проживало близько 500 людей, та й то здебільшого православних (українців).


        У наступні три десятиліття ситуація навряд чи принципово змінилася: у відповідь на дані визнаних у Польщі дослідників Владислава та Єви Сємашків волинський краєзнавець Ярослав Царук зробить аналіз по Володимир-Волинському району й покаже, що кількість жертв із польського боку завищена в 4,1 раза, а з українського занижена у 25 разів.

        Та все ж таки українці не встигають реагувати на польські дані, а останні не поспішають їх аргументувати. Відомий американський історик Тімоті Снайдер озвучить іншу цифру: 167 населених пунктів, знищених УПА в ніч з 11 на 12 липня 1943 року. Ця цифра значно перевершила всі інші, які досі наводили польські дослідники. І хоча Снайдер не надав ні переліку сіл, ні джерел, українці вустами УГКЦ відзначили його як «взірець особистої моральної та наукової чесності». Принаймні таке формулювання прозвучало під час цьогорічного нагородження історика відзнакою Омеляна Ковча. Останній був не лише священиком-мучеником, який добровільно прирік себе на смерть у концтаборі Майданек, а й діячем ОУН. Його постать могла б розширити усталене уявлення про українських націоналістів, але наразі ім’я Ковча стало заручником інших процесів.

        Армія Крайова та інші учасники антиукраїнської акції


        Попри поширений штамп односторонньої «різанини», польському суспільству відомо бодай про кілька сіл-символів, де було винищено українське населення. До таких, безперечно, належать Сагринь, Павлокома, Верховина та Завадка Морохівська. Два перших «вирізали» вояки Армії Крайової, Верховини — Народних Сил Збройних (військової формації, що утворилася після розпуску АК), Завадку Морохівську — загони Польської Народної Армії, які із січня по квітень 1946-го здійснили три каральні акції проти українського населення. Уже в першій половині 1990-х, у період «Солідарності», організаторів знищення Павлокоми та Верховини реабілітують і відзначать як борців за Польщу.

        До списку символічних і знищених сіл слід було б долучити й волинський Малин, заселений чеськими колоністами. Його спалили 13 липня 1943-го, саме після Петра і Павла. Каральну акцію здійснили нацисти, але не без участі поляків. Принаймні п’ять із семи чехів, які врятувалися від знищення, стверджували, що в ній брали участь поляки (або особи, які спілкувалися польською). Четверо польських нападників було ідентифіковано, ще про одного стало відомо завдяки порятунку української родини.


        Малин мав би ввійти в чеську історію, адже тут загинули 374 чехи, що куди більше, ніж у Лідице під Прагою, яке вже стало символом пролитої від рук нацистів невинної крові.


        Неможливість замовчати численні випадки знищення українських сіл породила інший феномен, більш відомий як «відплатна акція». Цим терміном намагаються виправдати й применшити ті акти «людобуйства», які вчиняли різні польські формації над українським населенням.
        Нонсенс цієї позиції ілюстрував Яцек Куронь — один із інтелектуалів, який мав можливість і велику наснагу працювати на полі польсько-українського примирення. Зі слів одного очевидця він переповідав історію про знищення польського поселення на Волині. Цей свідок, будучи малим хлопчаком, дивом урятувався. Разом із батьком вони одразу перебралися до родини на Грубешівщину. Тут розказали про звірства українців, і місцеві мешканці одразу зі зброєю пішли й винищили сусіднє українське село. Очевидно, що цей злочин було прикрито поняттям «відплата».
        Коли в 1950-му в еміграції з’явиться перший співаник УПА, то пісенні згадки про поляків теж будуть у контексті відплати, помсти. Із 65 пісень лише в трьох прямо згадувалися поляки. І якщо одна була пов’язана із Закерзонням, де лемківська сотня «громила ляхів у своїх селах», то в інших двох звучала прив’язка до більшовиків: «женуть комуну, зайдів-поляків» і «ляхву й москву прогнати з України»…


        Пісні АК часто будуть конкретніші. «З вогнем пішла Шоломия, з вогнем підуть всі дурні села», — співали бойовики так званої 14-ки Армії Крайової після спалення села Шоломинь під Львовом. А книжка-спогад Стефана Дембські, одного з них, міститиме сцени не лише жорстоких вбивств, скоєних вояками АК, а й катувань та колективного зґвалтування.


        Говорячи про «відплатну акцію», привласнену поляками, варто навести й українські приклади. Зокрема, два випадки дуже показові. Так, коли з Варшави прибула спеціальна боївка АК й у вересні 1943-го розстріляла у Львові українського професора Ластовецького, українці «відплатять» тим самим — застрелять польського професора Ялового. Це спом’яне польське підпілля, і дві сторони домовляться не чинити каральних акцій проти львівської інтелігенції.


        Про іншу, вже повоєнну історію згадає польський історик Ґжеґож Мотика. Йтиметься про складнощі порозуміння між підпіллям обох народів: «Дещо гіршою була ситуація на Ряшівщині, де загони АК кілька разів брали участь у винищенні українського населення. Лише після того, як УПА спалила село Боровниця, 29 квітня 1945 р. (…) дійшло до порозуміння з УПА в селі Седлиська».


        Ведучи мову про ці та інші випадки винищення українського населення, варто звернути увагу на ще один момент, який часто лишається «поза кадром»: у «волинській постанові» йдеться про загиблих громадян Другої Речі Посполитої, замордованих у 1943–1945 роках. Звісно, виникає питання щодо хронологічних меж, адже українська сторона не раз вказувала на приклади насильства на Холмщині ще в 1942-му та подібні акції після 1945-го. Зрештою, навіть якщо прийняти все так, як є, залишається питання: а як трактувати загибле цивільне населення української національності, яке за логікою польського Сейму також формально зараховане до «громадян Речі Посполитої». Та, здається, парламентаріям ішлося не так про жертви, як про винуватців, тому, щоб не було додаткових запитань, у постанові чітко зазначено про «жертв геноциду, вчиненого ОУН — УПА на східних кресах Другої Речі Посполитої».

        Чи тінь падає на бандерівців?..


        Про те, як УПА перетворилася на потугу, варто сказати окремо — все ж таки ще восени 1942-го бандерівців на Волині насмішкувато прозивали «апостолами». Не маючи озброєних загонів, вони значно пізніше за інші групи почали перебудовуватися в армію, яка згодом стане відомою як УПА.


        Простий сюжет переповідає, що як реальна потуга вони постали після березня 1943-го: українці, які перебували в нацистській допоміжній поліції, так званих шуцманах, перейшли в ліси. Ця історія десь відповідає правді, але «диявол ховається в деталях». Насамперед не вся поліція організовано перейшла до УПА. Навіть через місяць окружний провідник ОУН видав окреме звернення до тих українців, які пішли з поліції, але не зголосилися на підпілля. А коли загине перший організатор і командир УПА Дмитро Клячківський «Клим Савур», у його торбі виявлять таблицю зі структурою УПА, яка на початок 1944-го на Волині та Поліссі налічувала 6920 членів. На той час приблизно стільки само було в рядах «волинської» 27-ї дивізії АК. До того на Волині в корпусі безпеки та самооборони перебувало близько 4 тис. поляків, а його організатори стверджували, що в разі повної мобілізації їхні лави могли збільшитися до 15 тис. вояків.





        Українські жертви Сагрині та Верховини, які загинули від рук польського підпілля. У цьому випадку, як часто траплялося з польськими ЗМІ, їх використали для ілюстрації «волинської різанини»


        А якщо ще згадати про поляків у нацистських шуцманах та комуністичній партизанці, то важко уявити, як УПА могла виконати таке масове «людобуйство». Однак, переглядаючи тогочасні звіти, неможливо не зауважити, що про УПА чи бандерівців особливо не йшлося.
        У матеріалах червоної партизанки насамперед згадували бульбівців. «Націоналісти чинять масовий терор проти польського населення. У селах райцентрів Степань, Деражне, Рафалівка, Клевань бульбівці не вбивають, а вирізають поголовно старих і малих, цілком спалюють польські поселення», — ішлося в донесенні секретаря Рівненського підпільного обкому КП(б)У й водночас начальника обласного партизанського штабу Василя Бегми від 11 квітня 1943 року.

        Ще через рік, навесні 1944-го, офіцер польського корпусу в СРСР із питань мобілізації поляків Мазурек на підставі розмов із мобілізованими звітував: «Страшна, глуха та тупа ненависть українських шовіністів була спрямована проти осадників. У такий спосіб банди бульбівців мстилися за політику денаціоналізації українців, яку проводили санаційні урядовці».


        Можна припустити, що в той час важко було відрізнити «бульбівця» від «бандерівця», але в довідці польського представника на Волині наприкінці 1943-го підкреслено, що антипольська кампанія розпочалася в Сарненському та Костопільському районах, у яких були сильні позиції саме Бульби-Боровця.
        Справедливое мироустройство - просвещённая анархия!
        Рекомендую "И не осталось никого"Рассел,"Билет на планету Транай"Шекли,"Час Быка" Ефремов,"Реликт"Головачёв

        Комментар


        • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

          fox3wolf - ты нехороший человек ( приличия не позволяют высказаться больше)
          вот эта картинка не имеет отношения к УПА. Что это - все читающие люди знают ее даже дебильные российские сайты перестали использовать.остальное- тоже под вопросом
          сейчас. к примеру рассказывают про распятого мальчика- пропагандисткая война не закончилась....

          Комментар


          • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

            fox3wolf - ты нехороший человек ( приличия не позволяют высказаться больше)
            вот эта картинка не имеет отношения к УПА. Что это - все читающие люди знают ее даже дебильные российские сайты перестали использовать.остальное- тоже под вопросом
            сейчас. к примеру рассказывают про распятого мальчика- пропагандисткая война не закончилась....

            Автор Белый медвед Переглянути повідомлення
            ты вообще о чём ??? Я запостил анализ с известного проукраинского сайта,где пытались разобраться откуда растут все непонятки между Польшей и Украиной ,к чему твои фотки ?
            Справедливое мироустройство - просвещённая анархия!
            Рекомендую "И не осталось никого"Рассел,"Билет на планету Транай"Шекли,"Час Быка" Ефремов,"Реликт"Головачёв

            Комментар


            • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?

              А ! Ты про один из предыдущих постов ... Я так понял по остальным фотографиям претензий у тебя не возникло и на них всё как положено по твоему избирательному разумению . Кстати и к РИСОВАННОЙ картинке в заглавном посте у тебя тоже никаких претензий . Воистину шоры ты на себя мастерские налепил или просто мошенник тасующий факты по собственной пользе и разумению - в обоих случаях ты мне не интересен ,не для тебя выкладываю информацию и пишу .
              Последний раз редактировалось fox3wolf; 13.07.2018, 12:43.
              Справедливое мироустройство - просвещённая анархия!
              Рекомендую "И не осталось никого"Рассел,"Билет на планету Транай"Шекли,"Час Быка" Ефремов,"Реликт"Головачёв

              Комментар


              • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?





                ДЕДЫ ЗАГРАЖДАЛИ
                Неспішно шукаю роботу:

                Путлер КАПУТ!

                Комментар


                • Чим комуністи ліпші нацистів чи фашистів?



                  76 лет назад, 9 и 10 октября 1942 года, в Ейске убивали детей. Убивали планомерно, с немецкой основательностью.

                  В начале войны в Ейск эвакуировали детский дом из Симферополя, 270 человек. Воспитатели и дети-инвалиды с ДЦП и последствиями туберкулеза. 5 августа 1942 года город был захвачен немцами.

                  9 октября во двор детского дома приехали палачи. Подразделения СС. Загнали машины-душегубки. Из акта комиссии по расследованию:

                  "В эти машины стали грузить детей, причем тех, кто сопротивлялся или пытался бежать, бросали в машины силой. Когда сотрудники детского дома спрашивали: "Куда везете детей?", им отвечали: "В Краснодар", другие говорили: "В баню", третьи: "Грузить семечки". Так как вечером 9 октября фашисты не сумели вывезти всех детей, то утром 10 октября к корпусу по улице Щербиновской подъехала еще одна машина, в которую посадили еще 33 ребенка, а к корпусу по улице Буденного подъехали две грузовые машины и забрали остальных мальчиков и девочек, а также 32 тяжелобольных лежачих ребенка".

                  Потом, когда проводили эксгумацию, у детей находили в руках игрушки, открытки, вышитые своими руками платочки - они брали с собой дорогие им вещи, чтобы не было страшно. Но им было невыносимо страшно. Я пытаюсь себе представить как это было. Перепуганные, кричащие дети, в полной темноте душного кузова, который заполняется выхлопными газами. Из акта комиссии:

                  "При раскопке могилы нами обнаружено 214 детских трупов, мальчиков и девочек, в возрасте от 4-х до 7-ми лет (примерно лежащих безпорядочно друг на друге), большинство из них сцеплено руками попарно. У некоторых в руках были палки и костыли".

                  Сцеплены руками попарно. Знаете что это? Это дети умирали, держась за руки, обнявшись, чтобы последние секунды жизни чувствовать, что в этой бесконечной удушающей темноте ты не один. Что чья-то рука держит твою, и значит ужас немного отступает. Совсем чуть-чуть. 214 малышей и подростков.

                  Вот когда европейские политики что-то говорят про общечеловеческие ценности, про слезинки ребенков, про ужасы войны, которые их возмущают, я думаю: врете вы все, плевать вам на это. Вы все в ту войну или работали на Германию, или стояли все в одном строю "войны против большевизма". Ваши предки подавали немцам еду в ресторанах, спали с ними, вступали в национальные легионы СС, и вы все пришли на нашу землю. И сеяли зло и ненависть, и никогда, ни разу не покаялись за это. И не вам теперь нас учить, как нужно жить, а как не нужно.

                  Потому что вы не поменялись. Сербию бомбили, чтобы защитить сербов. Сирию и Ирак, залили кровью, чтобы принести свободу сирийцам и иракцам. Афганистан бомбите который год ради счастья афганцев.

                  214 детей из Ейского детского дома... Я не знаю зачем их убивали. Не понимаю. Не в состоянии понять, что было в голове у палачей. Знаю только то, что если мы забудем этих мальчиков и девочек, то станем ничем не лучше убийц.
                  Справедливое мироустройство - просвещённая анархия!
                  Рекомендую "И не осталось никого"Рассел,"Билет на планету Транай"Шекли,"Час Быка" Ефремов,"Реликт"Головачёв

                  Комментар

                  Зараз на сторінці 0 користувач(ів)

                  Обработка...
                  X